Сефер Йецира

Сефер Йецира короче, чем большинство комментариев, которые на неё написаны: около шестидесяти параграфов, шесть глав, тысяча шестьсот слов на иврите, и на каждом из этих слов лежит полторы тысячи лет истолкования. Это первый каббалистический текст, который у нас есть, и спор о его возрасте не закрыт до сих пор. В этом споре она не одинока, поскольку датировка «Бахира» и авторство Зоара разводят исследователей так же далеко.

Загадка происхождения

Авторство книги приписано Аврааму, и это, разумеется, легенда, хотя растёт она изнутри самого текста. Книга описывает, как Авраам «понял, увидел, исследовал, рассмотрел и высек», и в результате «открылся ему Господь миров». Приписка работает сразу на две стороны, потому что даёт книге авторитет древности и заодно отвечает на вопрос, откуда у Авраама пришло знание о едином Боге.

Реальная датировка остаётся полем академического спора. Поздние границы ставят в промежуток с VI по IX век нашей эры, потому что первое прочное упоминание книги приходит у Саадии Гаона в X веке. Ранние границы отодвигают текст во II или III век: часть исследователей, включая раннего Гершома Шолема, находила параллели с гностической и неопифагорейской литературой того времени. Современный консенсус держится на промежутке с III по VI век и помещает книгу предположительно в Палестину или Вавилонию, в среду, где иудейский мистицизм пересекался с эллинистической нумерологией.

Редакций четыре: краткая (около 1300 слов), длинная (около 2500 слов), версия Саадии Гаона и версия Гаона из Вильны (XVIII век, систематизированная так, чтобы противоречий осталось меньше). Разница между ними выросла в отдельную герменевтику. На вопрос, какой Сефер Йецира настоящий, честного ответа нет ни у кого: настоящие все четыре и ни одна.

Структура: шесть глав, шесть пластов

Шесть мишнайот, то есть шесть глав, и каждая раскрывает одну сторону творения.

• Глава 1 — определение тридцати двух путей премудрости. Введение 10 сефирот белима. Принцип «начало запечатано с концом, конец с началом».
• Глава 2 — введение 22 букв. Разделение на «три матери», «семь двойных» и «двенадцать простых».
• Глава 3 — три матери (Алеф, Мем, Шин) и их соответствия миру, году, человеку.
• Глава 4 — семь двойных букв (бгд кпрт) и семь планет, семь дней недели, семь отверстий лица.
• Глава 5 — двенадцать простых букв и двенадцать знаков зодиака, двенадцать месяцев, двенадцать «направляющих» в человеке.
• Глава 6 — итог и завершение. Тайна творения «запечатана».

Ни нарратива, ни богослужебного контекста в книге нет, и перед читателем лежит таблица соответствий в чистом виде. Европейские таблицы того же устройства придут много позже, и если считать от поздней границы датировки, до Парацельса проходит около тысячи лет, а от Парацельса до Кроули ещё три с половиной века.

Тридцать два пути премудрости

— Тридцать два чудесных пути премудрости —

Это первая строка книги. В ней стоит уравнение: Тридцать два = 10 сефирот + 22 буквы. Им задаётся вся каббалистическая структура, где число и буква работают двумя первичными творческими принципами. Сефирот без букв остаются пустыми сосудами, а буквы без сефирот звучат, не имея места, и мир даётся только их соединением.

На этом уравнении вырастет всё последующее. Зоар прочтёт 32 как לב, «сердце», потому что Тора начинается с ב и кончается на ל. Буквы по путям Дерева разложит Кирхер (1652), Элифас Леви свяжет их со Старшими Арканами (1850-е), а Золотая Заря и Кроули закрепят таблицу. Туннели Сэта и есть те же 22 пути, увиденные с обратной стороны.

Сефирот белима

Здесь слово «сефирот» встречается впервые в истории, но смысл у него не поздний, не «эманации». Книга называет их сефирот белима, то есть «сефирот без чего» или «сефирот несуществования». Само белима разбирают двояко: как בלי מה, «без чего» (Иов 26:7), либо от корня בלם, «обуздывать», «удерживать» (так у Каплана). Ни в одном из двух чтений это не вещи, а места удержания, о которых, по Шолему, ничего нельзя сказать положительно.

Десять сефирот в Сефер Йецира описаны через диалектику пар:

• Их число — десять, а не одиннадцать; десять, а не девять. Размышляй разумом, исследуй воображением.
• Их начало запечатано с концом, и их конец — с началом. Как пламя в углях. Единый Господин в Своём месте.
• Их глубины идут парами: начало и конец, добро и зло, верх и низ, восток и запад, север и юг. Посередине утверждён Святой Чертог (הֵיכַל הַקֹּדֶשׁ).

Схемой это не является: перед нами медитативная инструкция. Несколько мишнайот спустя та же глава велит удержать уста от речи и сердце от мысли: предел положен не запретом, а тем, что сказать это попросту нечем.

Двадцать две буквы: три, семь, двенадцать

Больше всего Сефер Йецира известна учением о буквах. Бог «вырезал, высек, взвесил, переставил, заменил» буквы и «образовал» из них всё, а глагол, который стоит за этим «образовал», дал книге имя: יָצַר, Йецира.

Три плана, то есть космос, год и человек, отображаются друг на друга через буквы, и получается полная антропокосмическая система, где знать буквы значит знать структуру всего сразу.

«Вырезать, высечь, взвесить»

Знаменитый пассаж из главы 2:

— Высек, вырезал, переставил, взвесил, заменил —

В простом смысле Бог здесь не «творит», а работает с буквами как ремесленник с камнем: высекает форму, вырезает противоположное, переставляет, взвешивает гармонию, заменяет одно другим. Это творение как комбинаторика, и поскольку буквы написаны на иврите, человек, владеющий ивритом, потенциально владеет тем же инструментом.

Отсюда идёт традиция Голема, потому что, если из букв сделан мир, из букв можно сделать и человека. Фигуру лепят из глины, на лбу пишут слово אֶמֶת («истина»), и она оживает, а когда стирают алеф и остаётся מֵת («мёртвый»), она умирает обратно. Прага XVI века с её рабби Лёвом и его Големом и есть прямое применение Сефер Йецира.

Параллельно Авраам Абулафия в XIII веке разработал технику цируф, медитативную перестановку букв Имени Бога, и целью её было пророческое состояние. Лепить при этом нечего. Логика та же, только повёрнутая внутрь, а не наружу.

Влияние и рецепция

Из всех каббалистических текстов Сефер Йецира дольше всего ждала своего читателя: первый известный комментарий, который написал Саадия Гаон в X веке, отстоит от предполагаемой даты составления на четыреста с лишним лет. Дальше пойдут Иуда Галеви, Авраам ибн Эзра, Элазар из Вормса (XIII век, «Хасидей Ашкеназ») и Абулафия.

В христианскую каббалу книгу вводят Пико делла Мирандола (XV век) и Иоганн Рейхлин (XVI век). От них она уходит в герметическую традицию, к Парацельсу и Агриппе Неттесгеймскому, а оттуда в Голден Доун и к Кроули.

В академической традиции XX века Сефер Йецира досталась Гершому Шолему, хотя искать её разбор надо совсем не в той книге, которую берут с полки первой. В «Основных течениях в еврейской мистике» она проходит россыпью упоминаний, а развёрнутый разбор лежит в двух других работах, и обе стоят в нашей библиографии. В «Kabbalah» (Keter, 1974) это страницы 23–30, где даны описание и содержание, разобраны проблемы датировки с выводом о III–VI веках, перечислены комментарии и подытожены печатные издания и переводы.

В «Origins of the Kabbalah» (Princeton University Press, 1987) это страницы 24–35, самый длинный его текст об этой книге, где к датировке добавлен разбор основных понятий вместе с замечаниями о слове бели ма. Дальше по тому же тому она возвращается ещё не раз, когда речь идёт о её роли в формировании каббалы (с. 46–48), о влиянии на германских хасидов (с. 97–98), о превращении в руководство по изготовлению голема (с. 102–103), о связях с мистикой Меркавы (с. 117–118).

Вывод Шолема таков: книга стоит мостом между поздним эллинизмом и средневековой каббалой, и это точка, в которой иудейская мысль впервые систематически обращается к вопросу о структуре творения.

Где читать

На русском книгу перевёл И. Р. Тантлевский, и перевод его напечатан в составе «Книг Еноха» (Москва: Мосты культуры; Иерусалим: Гешарим, 2000). Рядом с ним стоит работа К. Ю. Бурмистрова и М. И. Эндель «„Сефер йецира“ в еврейской и христианской традициях», которая вышла в сборнике Judaica Rossica (вып. 2, М.: РГГУ, 2002, с. 49–80). Лучшее издание на английском сделал Aryeh Kaplan, Sefer Yetzirah: The Book of Creation In Theory and Practice (1990), где все четыре редакции идут параллельно и снабжены обширным комментарием. На иврите изданий десятки, а критический синопсис редакций собрал Итамар Грюнвальд (1971).

Текст этот самый короткий в каббале, а читается он долго, и рекомендация, которая ходит чаще прочих, выглядит так: одну мишну в неделю, в течение года и месяца.